Комментарии

Культура и Искусство

«Коллекционер» театра-студии Ольги Шведовой и Валентина Овсюка по мотивам одноименного романа Джона Фаулза.

Каждый зритель наверняка увидел спектакль по-своему. На то мы все разные, непохожие друг на друга, как и герои спектакля. Лучше один раз увидеть, чем прочесть тысячу рецензий




«В одну телегу впрячь
неможно коня и трепетную лань...»



А.С. Пушкин



 Итак, свершилось.
1 ноября 2015 года состоялись премьерные показы нового спектакля «Коллекционер»
театра-студии Ольги Шведовой и Валентина Овсюка по мотивам одноименного романа Джона
Фаулза.


 Перед началом
показа спектакля руководитель театра-студии Ольга Шведова поделилась со
зрителями о своем выборе этого романа, который считает не банальным ужастиком,
а повествованием о пошлости, завоевывающей наш человеческий мир. 


 Наверное не читавшим
до спектакля книгу, было проще – они впервые смотрели историю о том, как волей
случая дорвавшийся до материального воплощения мечты обыватель залюбил даму
сердца чистой любовью до смерти. Такой товарищ Саахов, похитивший
спортсменку-комсомолку, на мрачный английский лад.


 Те, кто прочел
роман , были заинтригованы тем, как воплотится он на сцене. Театр искусство
живое, существующее только на краткий промежуток времени


 Я очень боялась
того, что действие будет затянутым – роман достаточно сложный, тем более в
дневниковой форме, рассказывающий о каждом дне героев в детальных
подробностях.  Как «ужмется» роман в
спектакль? Сумеет ли передать спектакль суть романа?


 Но опасения
оказались напрасными – спектакль получился очень динамичный, смотрелся на одном
дыхании. Причем, это даже не фигурально – создавалось впечатление, что зрители
не дышали, настолько были увлечены действием на сцене.


 Фред или, как он
сам себя хочет называть, Фердинанд, талантливо сыгранный Валентином Овсюком серый,
плюгавенький человечек с прилизанными волосами на прямой пробор, несчастный,
рано лишившийся родителей, замордованный теткой и ее дочерью-калекой, одержимый
страстью коллекционировать бабочек и желанием обладать недоступной Мирандой. Мечты
его сначала чисты и непорочны, неосуществимы и далеки, как луна на небе. Но все
меняется с того момента, как в одночасье Фред становится богат и получает
возможность осуществить прежде недоступные мечты.


 Валентин Овсюк
филигранно передает в своем герое подобострастие лакея и уже начинающего
упиваться властью над своей жертвой мучителя, хладнокровного энтомолога,
получившего в свою коллекцию новое редкое насекомое. Мы видим в этом антигерое
изредка прорывающуюся обозленность и обиду ущемленного ничтожества, и изредка нечто
похожее на нежность и умиление;  фарисейскую праведность и убежденность в
собственной непогрешимости .


 Первые признаки
одержимости легким намеком - в самом начале спектакля Валин Фред  трижды коротко полоснул взглядом-молнией
подступающего безумия и снова вернул своего героя в тело, ведущее исключительно
порядочную жизнь. Он не насилует свою жертву, он даже заботится о ней. Но он
убивает ее самим своим постоянным соседством, своей ограниченностью обывателя, своей
пуританской пошлостью.


 «Всюду возникает
он, он, ОН!» восклицает Миранда в исполнении Маши Петиной. Юная художница,
только-только вступившая в пору первой любви, полная жизни, вдруг попала в сети
паука. А паук не торопится ее съедать – он спокойно наблюдает за процессом
угасания красоты, попавшей в его паутину. Актриса на сцене проживала жизнь
своей героини – мы видели ее отчаяние, ее попытки достучаться до человеческого
в ее тюремщике, наивную надежду соблазнить, приблизить, растрогать,
расчувствовать, разговорить. Страстный танец, призванный совратить Фреда,
приводит к обратному – он перестает в ней видеть идеал, совершенство.


 Не могу не отметить
замечательную пластическую выразительность спектакля. Это и страстный танец
Маши, сцена попытки побега и борьбы пленницы и тюремщика, финальный танец
коллекционера и бабочек.


 И, конечно же,
как штрихи к портрету – вся пластика коллекционера: зажатая походка затюканного
клерка и вместе с тем звериная грация и ловкость охотника, не допускающая
побега жертвы, судорожно сгибающиеся пальцы, как свидетельство еще не до конца
осмысленного, но уже начавшего осуществляться, жуткого замысла.


 И пару слов о
музыкальном сопровождении. Смена каждой сцены сопровождалась музыкальным
рефреном  всего трех нот, одновременно
похожими и на срежет тяжелой двери, и на ход часов, и на пульсирование сердца. Этими
рефренами достигался пресловутый хичкоковский саспенс – тревожность,
безысходность, непоправимость происходящего.


 Я была на
премьере с сыном, который после просмотра поделился со мной своими
впечатлениями от спектакля, сравнив  с
балабановским фильмом «Груз 200». И вы знаете, пораздумав над таким неожиданным
сравнением,  я в чем-то с ним согласна!


 Каждый зритель
наверняка увидел спектакль по-своему.  На
то мы все разные, непохожие друг на друга, как и герои спектакля. И именно
поэтому я не буду ничего обобщать и выводить бухгалтерский итог. Лучше один раз
увидеть, чем прочесть тысячу рецензий. И не стоит себя отговаривать страхами и
неприятием темы – жизнь ведь не состоит из одних положительных эмоций и пошлой
развлекаловки. И предназначение театра не только развлекать, а все-же
заставлять зрителей задуматься. Поэтому всем советую просто придти и посмотреть
спектакль  6 декабря. Уверяю вас – это
того стоит!


 Кристина Костецкая.

Последние статьи
Давайте потанцуем!

Поздравляем с юбилеем, бенефисом и сердечно благодарим за доставленное удовольствие. Ждем от вас новых сюрпризов!

 
Торонтовская премьера! Спектакль ,,Мужчина на 200 тысяч,,

И удивительное дело – спектакль неизменно вызывает зрительские симпатии, идет при полных аншлагах во многих театрах на постсоветском пространстве.

 
Короли юмора Серебряного века.

Cпектакль по рассказам Теффи и Аверченко

 
Короли юмора Серебряного века.

Спектакль был ярким, динамичным, веселым, красочным, очень музыкальным.

 
Староарбатские сказки Москвы 60х

Сказка о любви, о красоте, о радости, о чуде.

Copyright © 2021 Torontovka.com, All rights reserved